ГлавнаяФотографииИсторияАвторГостевая книга (архив)
улица Гусарова
Располагается северо-восточнее улицы Кобзаря и улицы Вилкова .
Названа в честь командира Л-16 капитан-лейтенанта Гусарова Дмитрия Фёдоровича.

О нём: Гусаров Дмитрий Фёдорович Год рождения неизвестен, а погиб при ниже следующих событиях:
В 1942 году Государственный комитет обороны принял решение об усилении Северного флота за счет переброски на северный боевой театр 12 подлодок, в том числе 6 — с Тихоокеанского флота. Подводные корабли ТОФа должны были идти в Заполярье своим ходом. Первой предстояло отправиться из Петропавловска-Камчатского группе подводных лодок "Л-15" и "Л-16" под командованием капитан-лейтенантов В. И. Комарова и Д. Ф. Гусарова. Во вторую группу вошли подлодки "С-51" (командир капитан 3-го ранга И. Ф. Кучеренко), "С-54" (командир капитан 3-го ранга Д. К. Братишко), "С-55" (командир капитан 3-го ранга Л. М. Сушкин) и "С-56" (командир капитан-лейтенант Г. И. Щедрин). Этим кораблям предстояло выйти из Владивостока, прибыть в Петропавловск, откуда следовать по маршруту флагманской группы. Это был первый в истории советского подводного флота огромный по своей длительности и протяженности переход: 17 000 миль океанского пути, часть которого пролегала в зонах боевых действий.
24 сентября 1942 года оба головных "Ленинца", готовые к трансокеанскому походу, встали на якоря в Авачинской губе. Старшим в группе назначался командир "Л-16" Дмитрий Федорович Гусаров, один из лучших офицеров-подводников ТОФа, сын старого большевика, члена ЦК ВКП(б).
25 сентября, в 8.25 утра, "Л-16" и "Л-15", следуя в кильватерном строю, вышли из Авачинской губы. У мыса Шипунского они развернулись курсом на северо-восток. Сигнальщик берегового поста просемафорил "счастливого плавания", лодки ответили сигналом "благодарю", прибавили ход и вскоре скрылись в туманной дали. Вечером собранные в носовых отсеках экипажи кораблей были впервые ознакомлены с задачами плавания. Проложенные на картах маршруты свидетельствовали о чрезвычайной сложности плавания. Курс пролегал через Берингово море, Тихий океан, Панамский канал, Карибское и Саргассово моря, Атлантику, Норвежское, Гренландское и Баренцево моря и заканчивался в Кольском заливе. На картах отмечались и места возможных заходов: Датч-Харбор на Алеутских островах, Сан-Франциско, базы США Коко-Соло (Панама), Гауантанамо (Куба), Галифакс (Канада), Рейкьявик (Исландия).
29 сентября обе лодки пересекли 186-й меридиан — линию смены дат — и перешли из Восточного полушария в Западное. В назначенное время, на подходах к острову Уналашка, подлодки встретились с американским сторожевиком, сопроводившим советские корабли на базу ВМФ США Датч-Харбор. Последующие четверо суток ушли на усиленную подготовку к дальнейшему походу. Перед выходом лодок командиры были приглашены в штаб базы, где американское командование проинформировало о том, что русские должны следовать до Сан-Франциско в надводном положении при скорости хода 8 узлов под прикрытием американских самолетов. Были оговорены и условия радиосвязи, для чего на "Л-16" командировался американский офицер связи лейтенант Я. М. Михайлов.
5 октября, в 8.00 по местному времени, на лодках прозвучал приказ "Отдать швартовы!". Несмотря на сильный дождь, провожать наши лодки на пирс пришло много офицеров, солдат, матросов.Сопровождаемые американским фрегатом лодки вышли в открытое море. Спустя два часа корабли вошли в пролив Акутан, где с фрегата на "Л-16" был пересажен американский офицер-связист. Просемафорив "добрый путь", фрегат лег на обратный курс, лодки последовали к выходу в Тихий океан.Наступило утро 11 октября. До Сан-Франциско оставалось немногим более 800 миль. Видимость была отличной, океан успокоился. Подводные лодки, как и прежде, шли кильватерной колонной в надводном положении, держа ход 8 узлов. Первой следовала "Л-16", ярко освещенная солнцем. Ничто не предвещало катастрофы. О том, что произошло дальше, рассказывает находившийся на мостике "Л-15" лейтенант И. И. Жуйко.

"В 11.11 с дистанции примерно 7 кабельтовых я поднял бинокль с сеткой для того, чтобы произвести очередной замер расстояния до переднего мателота. Но в окуляре бинокля вместо подводной лодки "Л-16" я увидел огромный столб воды вперемешку с клубами черного дыма и листами железа. Не поверив своим глазам и не поняв, в чем дело, я опустил бинокль и уже невооруженным глазом увидел ту же картину, но только в этот момент почувствовал сильный гидравлический удар о корпус нашей лодки. Через мгновение донесся оглушительный взрыв... Почти в эти же секунды сквозь прогалины в поредевшем дыму с мостика "Л-15" я увидел высоко поднявшуюся над водой носовую часть подводной лодки "Л-16", которая быстро уходила под воду..."

Поднявшийся на мостик командир "Л-15" принял командование кораблем и перешел на противолодочный зигзаг. Минуты через три, продолжая наблюдать место, где затонул флагман, с мостика "Л-15" заметили два перископа, двигавшиеся к соляровому пятну. По ним был немедленно открыт огонь из 45-миллиметрового лодочного орудия и отмечены попадания между перископами. Они скрылись под водой. В это же время радист передал командиру телеграфный бланк с обрывком радиограммы с "Л-16". Там были всего два слова: "Погибаем от..."
Тщательный осмотр места гибели лодки ничего не прояснил. "Л-15" увеличила ход до полного и продолжала плавание в одиночестве. Утром 15 октября лодка вошла в залив Сан-Франциско и ошвартовалась у пирса военной верфи на Мэри-Айленд. На борт поднялся генеральный консул СССР в Сан-Франциско Я. М. Ломакин. Переданная им в Советское посольство в Вашингтоне печальная весть через несколько часов достигла Родины.
Пять тихоокеанских подлодок через разные промежутки времени добрались до Полярного, включившись в борьбу с фашизмом. Тайну гибели шестого корабля хранит океан. Национальная принадлежность пиратской подводной лодки еще не установлена. Существуют лишь версии. Среди пяти подводных крейсеров, совершивших героический переход на северный театр войны, была и "С-56", установленная затем на вечную стоянку на набережной Владивостока. Вице-адмирал Г. И. Щедрин, командовавший этой лодкой на памятном переходе, писал по поводу гибели шедших впереди товарищей: "...кем бы ни была потоплена советская подводная лодка "Л-16" — японцами ли, с которыми мы тогда не воевали, или нашими союзниками, американцами,- в обоих случаях совершена величайшая подлость".
Жертвой коварного торпедного удара стали пятьдесят пять человеческих жизней.
"Подвига их не забудем, гибели их не простим" — эти слова, высеченные на памятнике, звучат клятвой.

В. Мартыненко

"Памятники Петропавл

дизайн, обработка и подбор фотографий Д. В. Поляков © 2005-2018
Рейтинг@Mail.ru